Лидия смотрела, как Павел крутит обручальное кольцо — опять забыл снять перед встречей с любовницей. За пятнадцать лет она выучила все его привычки.
— Я подаю на развод.
Он даже не поднял глаз от телефона.
— Устал от рутины. Хочу почувствовать вкус жизни.
Лидия кивнула, будто он сообщил о погоде.
— Квартира моя, родители покупали. Собирай вещи и уматывай — ключ под ковриком оставишь.
Она промокнула губы салфеткой. Павел ждал слёз, но получил спокойную улыбку.
— Хорошо. А детей заберу.
— Делай что хочешь, только алименты не проси.
Дома Лидия достала из шкафа папку с документами. Два года назад начала их собирать — когда поняла, что Павел окончательно от неё отвернулся. Генеральная доверенность, которую он подписал в прошлом году.
— Зачем это? — спросил тогда, едва взглянув на бумагу.
— Для Алины документы оформить. В институт поступает.
Он махнул рукой и расписался, даже не читая. Как всегда.
Павел упаковывал чемодан — завтра улетал с Викой праздновать свободу.
— Лида! — заорал он, врываясь в квартиру через неделю. — Ты ещё здесь?
Тишина. В прихожей пусто, на полках нет детских вещей. Он довольно усмехнулся и спустился за Викой.
— Какая огромная квартира! — восхищалась она. — И мебель дорогая.
Павел гордо кивал. Итальянская кухня, кожаный диван — всё покупала Лидия на деньги от продажи её однушки, но теперь он мог говорить "моё".
— За новую жизнь! — чокнулся он с Викой игристым.
Она смеялась, рассказывая про подруг и их неудачные браки. Павел слушал вполуха — он же не такой дурак.
Утром настойчиво звонили в дверь. Павел натянул халат и выглянул в глазок — двое мужчин с документами.
— Вы кто?
— Из агентства недвижимости. По поводу квартиры.
— Я ничего не продаю!
— Тогда извините, — один развернулся. — Новый собственник, видимо, ещё не въехал.
Павел застыл. Какой собственник?
Вика собиралась к маникюрше.
— Что за чушь несут эти риэлторы? — пробормотал он.
— Какая разница? — она поцеловала его в щёку. — Увидимся вечером.
К вечеру тревога превратилась в панику. Лидия не отвечала — "абонент недоступен". Школа ошарашила: Максим не учится там два года, документы забрали для перевода.
— Как не учится? Я же плачу!
— Деньги поступают, но ребёнка нет с позапрошлого сентября.
Дочь сбросила звонок и заблокировала в мессенджере.
Руки дрожали, когда он набирал Лидию снова и снова.
Наутро в дверь снова постучали. Павел распахнул её, готовый к бою, но увидел незнакомого мужчину с ключами.
— Простите, а вы кто?
— Хозяин квартиры! Живу здесь пятнадцать лет!
— Боюсь, что нет.
Мужчина протянул договор купли-продажи. В графе "продавец" стояло: "Павел Сергеевич Комаров".
— Это подделка!
— Тогда в полицию обращайтесь. А сейчас освобождайте — слесарь ждёт, замки менять будем.
Павел схватил документы трясущимися руками. Подпись — его, почерк узнаваемый.
— Но я же... я не помню...
— Час даю на сборы, — жёстко сказал мужчина.
Павел сидел во дворе с чемоданами, когда пришла эсэмэска с незнакомого номера:
"Павел, это Лидия. Ключ под ковриком оставил? Мы квиты."
Позвонить — недоступен. Написать — не доставлено.
— Павлик? — Вика притормозила, оглядывая его растрёпанный вид. — На кого ты похож!
— Викуля, помоги! Мне некуда идти...
— Стой-стой-стой, — она отстранилась. — Мы просто развлекались. Ты же понимал?
— Но мы же планировали...
— Что планировали? Ты женатый мужик, который хотел приключений. Получил. А теперь разгребай сам.
Каблуки застучали по асфальту — и Вика исчезла за углом.
Комната в коммуналке пахла чужой едой и разочарованиями. Соседи — студенты и такие же неудачники. На работе все шушукались:
— Представляешь, тихоня какая оказалась!
— Два года план строила, а он по бабам бегал.
— Говорят, даже работу втайне сменила!
Павел сжимал кулаки, но молчал. Увольняться нельзя — алименты платить.
Вечером нашёл Лидию в соцсетях. Новая фамилия, другой город. На фото с детьми — все смеются в каком-то парке. Максим выше его ростом, Алина похорошела.
Они выглядели счастливыми.
Павел закрыл ноутбук и посмотрел в окно. В стекле отражалось лицо человека, получившего то, что заслужил.
