К морю Нина Аркадьевна взяла три платья, две кофты, новые босоножки и купальник, который не собиралась надевать.
Купальник купила дочь.
Чёрный, закрытый, с плотными вставками и высокой спинкой.
«Мама, в нём всё держится», сказала она.
Нина посмотрела на себя в зеркало примерочной и подумала, что держаться там действительно есть чему.
Ей было пятьдесят девять. Она работала поваром в школьной столовой и привыкла к своему телу как к рабочему инструменту. Руки поднимают кастрюли. Ноги выдерживают смену. Спина иногда болит, но терпит.
В обычной жизни этого хватало.
На пляже тело внезапно превращалось в общественное заявление.
Поездку придумала подруга Алла.
«В конце августа дешевле, народу меньше, море тёплое. Поехали».
Они сняли комнату в небольшом пансионате. До пляжа пять минут. Из окна пахло солью и жареной кукурузой.
В первый день Алла переоделась за две минуты. Вышла в ярком купальнике и широкополой шляпе.
«Ты чего сидишь?»
Нина была в длинном сарафане.
«Я сначала посмотрю».
«На что? Море на месте».
«Солнце сильное».
«Половина шестого».
Нина сказала, что не хочет обгореть.
На пляже она сидела под зонтом и охраняла вещи. Алла купалась, выходила, снова шла в воду.
«Хорошая», говорила она.
«Я вижу».
«Как ты видишь?»
«Глазами».
На второй день Нина сослалась на ветер.
На третий сказала, что вода холодная.
Алла потрогала воду.
«Двадцать четыре градуса».
«Тебе двадцать четыре, мне восемнадцать».
Алла не давила.
Только каждый вечер развешивала свой мокрый купальник на балконе рядом с сухим Нининым.
Нина злилась.
Не на подругу.
На купальник.
Дома дочь просила прислать фотографию у моря. Внучка Вика отправляла сообщения:
«Бабушка, ты плавала?»
Нина отвечала:
«Собираюсь».
Она умела плавать.
В детстве проводила лето у реки. Могла долго держаться на воде, ныряла и переплывала на другой берег.
Но на реке никто не смотрел.
На пляже вокруг были молодые женщины, красивые пенсионерки в ярких накидках, мужчины с плоскими животами и мужчины без плоских животов, которым почему-то это не мешало ходить без рубашки.
Нина завидовала мужчинам.
Не их животам.
Их спокойствию.
Они просто снимали майку и шли в море.
Женщина сначала должна была оценить, что у неё висит, выпирает, складывается и видно ли это со стороны.
Нина понимала, что большинству людей всё равно.
Но один человек смотрел постоянно.
Она сама.
На четвёртый день в пансионат приехала группа туристов. Среди них Нина увидела знакомое лицо.
Татьяна Павловна.
Бывшая завуч школы.
Женщина, которая двадцать лет входила в столовую с видом проверяющего и спрашивала, почему котлеты сегодня меньше.
Татьяна Павловна увидела Нину возле лестницы.
«Нина Аркадьевна?»
«Татьяна Павловна».
Обе улыбнулись чуть шире, чем хотели.
«Вы отдыхаете?»
«Да».
«И мы с клубом активного долголетия».
Слово «активного» Татьяна произнесла особенно гордо.
Она была старше Нины на восемь лет, но держалась прямо, носила белые брюки и красную помаду.
Нина сразу представила её на пляже в хорошем купальнике, без единой складки.
«Может, вместе сходим к морю?» предложила Татьяна Павловна.
Нина ответила:
«Мы уже ходили».
Это была правда.
Они ходили.
Только одна купалась, другая сторожила сумку.
Вечером Алла сказала:
«Ты всю поездку просидишь под зонтом?»
«Мне и так хорошо».
«Тогда зачем купальник привезла?»
«На всякий случай».
«Какой случай нужен? Чтобы море само в номер пришло?»
Нина обиделась.
«Не всем нравится выставляться».
Алла сняла очки.
«Ты думаешь, я выставляюсь?»
«Я не про тебя».
«Про кого? Там никто не занимается оценкой твоих боков».
«Ты не понимаешь».
«Понимаю. Я пять лет не ходила в бассейн, потому что стеснялась ноги после операции».
Нина знала про операцию, но никогда не видела след.
Алла подняла край платья. На колене шёл заметный шрам.
«Первый раз мне казалось, все смотрят. Потом поняла, что одна женщина смотрит на свои руки, другая втягивает живот, третья боится снять халат. Все заняты собой».
«Тебе легко говорить».
«Мне сейчас легко. Тогда было трудно».
Алла опустила платье.
«Я тебя не буду тянуть. Только не рассказывай потом, что море было холодное».
Разговор закончился.
Утром Алла ушла на экскурсию.
Нина осталась одна.
Она решила пройти до рынка. Надела платье, взяла сумку и пошла по набережной.
Возле пляжа увидела Татьяну Павловну.
Та сидела на скамейке в длинной закрытой накидке. Рядом лежала пляжная сумка.
Группа активного долголетия уже была в воде.
«Вы не купаетесь?» спросила Нина.
«Позже».
Ответ прозвучал знакомо.
Нина села рядом.
Несколько минут они смотрели на море.
«Я не люблю толпу», сказала Татьяна Павловна.
«Конечно».
«И солнце сильное».
«Половина девятого».
Татьяна Павловна посмотрела на неё.
Обе поняли.
«У меня после зимы вес прибавился», призналась бывшая завуч.
Нина чуть не рассмеялась.
Не над ней.
От облегчения.
«У меня после зимы, весны, лета и нескольких прошлых зим».
Татьяна Павловна улыбнулась.
«Вы всегда хорошо готовили».
«Вы всегда говорили, что котлеты маленькие».
«Для детей маленькие. Для нас с вами, может, большие».
Они сидели рядом, две взрослые женщины в длинных одеждах, и ждали, когда пляж опустеет.
Он не пустел.
Приходили новые люди.
Дети строили крепость. Мужчина нёс огромный круг. Молодая девушка фотографировалась возле воды. Пожилая пара медленно заходила в море, держась за руки.
«Может, вечером?» предложила Татьяна Павловна.
Нина уже собиралась согласиться.
В этот момент из воды выбежала девочка лет семи. Подбежала к скамейке и начала рыться в сумке.
«Бабушка, где полотенце?»
Татьяна Павловна достала полотенце.
«Не бегай босиком по камням».
Девочка завернулась, потом посмотрела на Нину.
«А вы тоже бабушка?»
«Тоже».
«Почему не купаетесь?»
Нина ответила:
«Думаем».
«В море надо не думать».
Девочка схватила бабушку за руку.
«Пойдём».
Татьяна Павловна удержалась за скамейку.
«Я потом».
«Ты всегда потом».
Девочка убежала обратно.
Фраза осталась.
Ты всегда потом.
Нина слышала её от дочери, когда откладывала поездки. От внучки, когда обещала прийти в бассейн. От самой себя, когда покупала одежду «на случай, если похудею».
Она посмотрела на море.
«Я пойду», сказала Нина.
Татьяна Павловна удивилась:
«Сейчас?»
«Иначе опять вечером».
Нина вернулась в пансионат.
Достала купальник.
Надевала медленно. Плотная ткань действительно всё держала, но не превращала её в другого человека. Живот остался животом. Руки остались руками.
Она накинула платье и пошла к морю.
Татьяна Павловна всё ещё сидела на скамейке.
«Вы правда решили?»
«Пока не передумала».
Они прошли к воде.
Нина сняла платье.
Не смотрела по сторонам.
Только на свои босоножки, которые поставила рядом с полотенцем.
Море дошло до щиколоток.
Потом до колен.
Вода оказалась не холодной.
Нина шла дальше, пока тело не стало легче.
Поплыла.
Первые движения были неловкими. Потом руки вспомнили. Она перевернулась на спину и посмотрела в небо.
На берегу люди продолжали заниматься своими делами.
Никто не остановился.
Никто не обсуждал её.
Татьяна Павловна вошла в воду через несколько минут. Осторожно, держась за внучку.
Нина не стала смотреть, как она снимает накидку.
У каждого должна быть возможность сделать это без свидетеля.
Когда Алла вернулась с экскурсии, увидела на балконе мокрый чёрный купальник.
«Наконец-то».
«Не начинай».
«Молчу».
Нина отправила внучке фотографию.
На снимке она стояла в воде по пояс. Волосы мокрые, лицо без косметики, тело видно целиком.
Сначала хотела обрезать низ.
Не стала.
Вика ответила:
«Бабушка, ты красивая».
Нина почувствовала, что сейчас расплачется.
Но внучка сразу прислала второе сообщение:
«Только шляпа где? Сгоришь».
Нина рассмеялась.
Единственная слеза всё-таки скатилась, но она быстро стёрла её.
Оставшиеся дни Нина купалась утром и вечером.
Не стала другим человеком.
На пляже по-прежнему иногда хотелось прикрыть живот полотенцем. Она не начала любить все фотографии. На одной попросила Аллу удалить снимок, потому что лицо получилось злым.
Но в море входила.
Перед отъездом Татьяна Павловна подошла к ним на вокзале.
На ней снова были белые брюки и помада.
«Я записалась в бассейн», сказала она.
«А я нет», ответила Нина.
«Почему?»
«У нас бассейн дорогой».
«Это отговорка».
«Это цена».
Обе рассмеялись.
Дома дочь устроила просмотр фотографий.
«Мам, вот эту поставим тебе на страницу».
«Не надо».
«Почему? Хорошая».
«Потому что я не обязана доказывать интернету, что перестала стесняться».
Дочь посмотрела:
«Логично».
Нина сохранила фотографию только в телефоне.
Купальник выстирала и убрала не на дальнюю полку, а в нижний ящик.
Осенью внучка позвала её в бассейн.
«У нас семейный день. Можно с бабушкой».
Нина начала искать причины.
Работа. Хлор. Волосы потом сушить.
Открыла ящик.
Чёрный купальник лежал сверху.
«Хорошо», сказала она. «Только не завтра. В субботу».
«Точно?»
«Точно».
В бассейне было яркое освещение и большие зеркала. Нина не любила ни то, ни другое.
Но вошла в воду.
Вика поплыла рядом.
Через несколько метров обогнала.
Нина не пыталась догнать.
Она давно поняла: в воду действительно лучше входить до того, как успеешь придумать, почему тебе нельзя.
