Автобус номер двенадцать ходил к морю только летом.
В июне маршрут продлевали от железнодорожного вокзала до дальнего пляжа. В сентябре конечную возвращали к рынку.
Водитель Михаил Андреевич знал сезон по пассажирам.
В начале июня в автобус садились рабочие с инструментами. Потом семьи с кругами, полотенцами и пакетами еды. В августе туристы ехали к морю молча, потому что устали от жары. В последние дни месяца в салоне появлялись чемоданы.
Женщину в соломенной шляпе Михаил заметил в июле.
Она садилась возле старой почты. Платила до конечной и занимала место у окна.
Ей было около шестидесяти пяти. Аккуратная, в светлой блузке, с тканевой сумкой.
На конечной выходили все.
Она оставалась.
«Приехали», говорил Михаил.
«Знаю».
«Дальше автобус не идёт».
«Я обратно».
Первые несколько раз он думал, что женщина ждёт кого-то.
Но она не выходила даже на десять минут. Сидела, пока водитель разворачивался, и ехала обратно.
Так происходило дважды в неделю.
Кондукторов на маршруте не было. Михаил сам иногда спрашивал:
«До моря ехать и не выйти?»
Женщина улыбалась:
«Я его из окна вижу».
Её звали Галина Ивановна.
Михаил узнал случайно, когда она уронила проездную карту.
Больше не расспрашивал.
Пассажир имеет право ехать до конечной и обратно.
Михаилу было пятьдесят четыре. Он не считал себя человеком, который лезет в чужую жизнь. За годы работы научился видеть многое и не задавать вопросов.
Кто-то ехал утром с красными глазами.
Кто-то каждый день разговаривал по телефону и обещал приехать вовремя.
Кто-то садился у одного дома, а выходил раньше, чтобы знакомые не видели.
Автобус собирал чужие истории и никому их не пересказывал.
В конце августа Галина Ивановна приехала в особенно жаркий день.
Автобус был полный. Дети шумели, мужчина держал над головой надувной матрас, женщина ругалась из-за мокрого сиденья.
Галина стояла.
Михаил видел в зеркало.
На конечной пассажиры высыпали к пляжу.
Она села у окна.
Михаил открыл все двери, выключил двигатель.
«Сегодня стоянка пятнадцать минут».
«Хорошо».
Он вышел проверить колёса.
Возле пляжа пахло водорослями и кукурузой. Море было в ста метрах.
Галина сидела в пустом салоне.
Михаил вернулся.
«Вам плохо?»
«Нет».
«Тогда почему не выйдете?»
Она посмотрела на него.
«А вам какое дело?»
«Никакого».
«Вот и хорошо».
Михаил сел за руль.
Через пять минут в автобус вбежал мальчик лет восьми.
За ним женщина с двумя сумками и маленькой девочкой.
«Мы на рынок?» спросила она.
«Через десять минут».
Женщина устало опустилась на сиденье. Девочка начала плакать, потому что потеряла игрушечную лопатку.
Мать пыталась успокоить.
Галина Ивановна достала из сумки маленькое зеркальце.
«Смотри, кто там».
Девочка посмотрела и замолчала.
Галина показала, как пускать солнечный зайчик по потолку.
Мальчик попросил тоже.
Через минуту дети смеялись.
Мать поблагодарила.
«Вы отдыхаете здесь?» спросила она.
«Нет».
«Местная?»
«Да».
«Повезло. Море каждый день».
Галина улыбнулась:
«Конечно».
Автобус поехал обратно.
Через несколько остановок семья вышла.
Михаил услышал, как Галина тихо сказала:
«До свидания».
На следующий рейс она не пришла.
Потом ещё на один.
Михаил удивился, хотя не должен был.
Через неделю увидел её возле магазина. Галина Ивановна несла пакеты.
«Давно не ездили».
«Погода меняется».
«Море ещё тёплое».
Она остановилась.
«Вы всех пассажиров учитываете?»
«Тех, кто не выходит на конечной».
Галина хотела уйти.
Михаил сказал:
«Извините».
Она посмотрела:
«Я раньше с семьёй ходила».
Неожиданное признание.
«С дочерью, потом с внуками. Мы брали еду, сидели до вечера. Потом все разъехались. Дочь работает, внуки выросли. Одной на пляже глупо».
«Почему глупо?»
«Вы сами часто один ходите?»
Михаил задумался.
К морю он почти не ходил. Каждый день видел его из кабины и считал, что этого достаточно.
«Редко».
«Вот».
Она пошла дальше.
В последний день августа маршрут номер двенадцать был почти пустой.
К вечеру поднялся ветер. На пляже закрывали киоски. Работники складывали зонты.
Галина Ивановна села возле почты.
Соломенной шляпы не было. На плечах лёгкая кофта.
«До конечной», сказала она.
Михаил пробил билет.
На море ехали ещё пять человек.
На конечной все вышли.
Галина осталась.
«Сегодня последний день», сказал Михаил.
«Знаю».
«Со второго сентября только до рынка».
«Знаю».
Он открыл двери.
Ветер заносил в салон песок.
«Стоянка десять минут».
«Хорошо».
Михаил выключил двигатель.
Сам вышел.
Прошёл к морю.
Не оглядывался.
Через минуту услышал шаги.
Галина Ивановна шла сзади.
«Автобус не украдут?» спросила она.
«Кому он нужен».
Они дошли до воды.
На пляже почти никого не было. Волны были небольшими, серыми. Возле берега лежали закрытые шезлонги.
Галина остановилась.
«Вот и вышла».
Михаил не стал отвечать.
Они стояли рядом.
Не как мужчина и женщина на прогулке. Не как знакомые. Просто два человека, которые каждый день видели море, но редко подходили.
Галина сняла обувь.
Подошла к воде.
Волна намочила край брюк.
Она рассмеялась.
Михаил посмотрел на часы.
Стоянка закончилась.
Но пассажиров обратно не было.
Он подождал ещё пять минут.
Галина вернулась с мокрыми ногами.
«Автобус задержали из-за меня».
«Последний рейс. Переживут».
На обратном пути она села на первое сиденье.
«Завтра маршрут короткий?»
«Послезавтра».
«Значит, завтра ещё можно».
«Можно».
На следующий день Галина приехала с сумкой и полотенцем.
Вышла на конечной.
Михаил увидел в зеркало, как она идёт к пляжу.
Обратно поехала другим рейсом.
С этого дня они почти не разговаривали.
Сезон закончился.
Автобус перестал доходить до моря.
Осенью Михаил однажды увидел Галину в салоне.
Она ехала до рынка.
«К морю теперь далеко», сказала она.
«От рынка ещё три остановки на другом автобусе».
«Знаю».
Зимой они не встречались.
Весной Михаил получил другой график.
Летом снова открылся маршрут до пляжа, но Галина Ивановна в его автобус не садилась.
Он решил, что она перестала ездить.
В конце июня увидел её на конечной.
Она стояла возле киоска с женщиной примерно своего возраста. Обе держали пляжные сумки.
Галина заметила автобус и махнула.
Не села.
Пришла пешком от другой остановки.
Михаил поднял руку в ответ.
Ему стало приятно.
И немного обидно, будто постоянный пассажир выбрал другого водителя.
Потом понял: она больше не нуждалась в автобусе как в безопасном месте, из которого можно смотреть на море.
В августе Михаил взял выходной.
Утром сидел дома, смотрел телевизор.
Потом вспомнил вопрос Галины:
«Вы сами часто один ходите?»
Собрался и поехал на пляж.
Один.
Купил чай, сел возле воды.
Поначалу чувствовал себя глупо.
Вокруг были семьи, компании, дети.
Через десять минут перестал их замечать.
Море шумело независимо от того, с кем человек пришёл.
На берегу Михаил увидел Галину Ивановну и её подругу.
Не подошёл.
Не хотел превращать случай в обязательное общение.
Они тоже его заметили.
Галина махнула.
Вечером она села в его автобус.
«Отдыхали?» спросила она.
«Из окна смотрел».
«Понятно».
Оба улыбнулись.
Первого сентября автобус снова совершал последний летний рейс.
На конечной Михаил выключил двигатель.
Пассажиры разошлись.
Галина в этот раз не ехала.
На первом сиденье лежала небольшая ракушка.
Он не знал, кто оставил.
Поднял и положил возле приборной панели.
Возможно, обычный ребёнок забыл.
Возможно, Галина.
Спрашивать не стал.
Со второго сентября маршрут сократили.
Михаил доезжал до рынка, разворачивался и ехал обратно.
Море из окна больше не было видно.
Но один раз в неделю после смены он садился на другой автобус и ехал ещё три остановки.
До конечной.
Потом выходил.
