Татьяне Ивановне повысили пенсию — и на радостях у магазина она угостила рыжую бездомную кошку двумя сосисками. «Ешь на здоровье» — и пошла домой.
На окраине заметила: кошка идёт следом, не близко, но упрямо. У калитки старушка махнула рукой:
— Мне больше нечем. Иди к магазину.
Утром на пороге лежали две мёртвые мыши. Кошка сидела на пне и смотрела.
— Егорыч! — закричала Татьяна в окно. — Убери!
Сосед пришёл, улыбнулся:
— Это благодарность. Кошки так благодарят. Не мстит она.
На следующее утро — снова две мыши. Татьяна просила прогнать гостью, но та убегала и возвращалась.
Вечером сердце сжало так, что дышать стало трудно. Телефон далеко, кричать — нет сил. В глазах потемнело. В дверь что-то яростно царапалось.
Кошка повисла на ручке — дверь открылась. Забежала, мяукала, лизнула щеку, легла на грудь и не слезала до утра.
Егорыч, придя «убрать мышей», застал открытый дом и кошку на хозяйке. Вызвал скорую. Врачи сказали: был приступ, до инфаркта не дошло — «кошачье» тепло, видимо, выиграло время.
— Баска, только мышей больше не приноси, — прошептала Татьяна, уезжая в больницу.
Кошка замурлыкала. Когда вернулась — Бaska ждала. Без мышей на пороге: охотилась, но добычу уносила со двора, чтобы не пугать.
Теперь они живут вместе. Сосиски у магазина — уже не из вины, а по привычке двух существ, которые нашли друг друга.
